(no subject)
Jan. 18th, 2008 02:37 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
dsolgaчитала тут детские воспоминания Шварца. который Евгений. поразительный, конечно, человек.
вот, например, про няньку: Говорила она по-кубански. Вместо "ф" - "хф". Это я знаю вот почему. Я долго не умел говорить "p". И меня учили, когда я ошибался: "Р-р-р! Р-р-р-р! Понимаешь?" И однажды, войдя в комнату, мама услышала, как я учил няньку: "Не хвантан, а фонтан. Р-р-р-р! Р-р-р! Понимаешь?
про пышные похороны: Вскоре я узнаю из разговоров старших, что хоронили вовсе не царя. Умер городской голова. К удовольствию мамы, я после этого рисую голову на ножках и спрашиваю, таким ли был голова при жизни.
про театр: После спектакля я вежливо попрощался со всеми: со стульями, со сценой, с публикой. Потом подошел к афише. Как называется это явление - я не знал. Но, подумав, поклонился и сказал: "Прощай, писаная".
про студента там одного: Он совершил страшный грех. Он ломался.
про маму и сказки: Она терроризировала меня плохими концами. Если я, к примеру, отказывался есть котлету, мама начинала рассказывать сказку, все герои которой попадали в безвыходное положение. "Доедай, а то все утонут". И я доедал.
про соседа: И замечаем вдруг: преступный Васька пробирается по поляне. Хочет куда-то уйти без спроса. По злодейским своим делам.
про сто так: Однажды, войдя под стол…
Раздвинулся куст, похожий на шкаф, и там-то флейта и обнаружилась.
Я счастлив и переживаю чувство, которому теперь могу подыскать только одно название - чувство кондитерской. - вот это мне очень знакомо. У меня было чувство конкретной кондитерской: в Столешниковом переулке, 11. Я там подготовительные курсы прогуливала, окунаючись в детство. Теперь нет её уже.
про ЖЖ, в самом начале: Писать, не представляя себе читателя, было так же странно, как разговаривать с самим собой вслух подолгу. Тем не менее постепенно, не давая себе воли и не боясь быть безвкусным и нескромным, я втянулся в эту работу и стал временами испытывать даже некоторое наслаждение от собственной правдивости. Припомнить и рассказать похоже, оказывается, не менее увлекательно, чем, скажем, сочинить нечто убедительно и выразительно.
и в конце, когда автор уже твёрдо решил стать писателем, ещё лучше: …думая о своей будущей профессии, встретил я ничем не примечательного парня в картузе. "Захочу и его опишу", - подумал я, и чувство восторга перед собственным могуществом вспыхнуло в моей душе.
в интернетно-сетевой версии (единственной, как я понимаю) почему-то пропущен кусок про семью бабушки и деда Шварцев. хотела процитировать оттуда ещё два чудесных места – вечером так и поступлю.
УПД:
про родню с материнской и отцовской стороны: они и думали, и чувствовали, и говорили по-разному, и даже сны видели разные, как же могли они договориться?
про бабушку: Вот сижу я в мягком кресле и любуюсь: бабушка кружится на месте, заткнув уши, повторяя: "ни, ни, ни!" <...> Эта истерика особенно мне понравилась, и я долго потом играл в неё: повторял "ни, ни, ни!", заткнув уши и вертясь на месте.
вот, например, про няньку: Говорила она по-кубански. Вместо "ф" - "хф". Это я знаю вот почему. Я долго не умел говорить "p". И меня учили, когда я ошибался: "Р-р-р! Р-р-р-р! Понимаешь?" И однажды, войдя в комнату, мама услышала, как я учил няньку: "Не хвантан, а фонтан. Р-р-р-р! Р-р-р! Понимаешь?
про пышные похороны: Вскоре я узнаю из разговоров старших, что хоронили вовсе не царя. Умер городской голова. К удовольствию мамы, я после этого рисую голову на ножках и спрашиваю, таким ли был голова при жизни.
про театр: После спектакля я вежливо попрощался со всеми: со стульями, со сценой, с публикой. Потом подошел к афише. Как называется это явление - я не знал. Но, подумав, поклонился и сказал: "Прощай, писаная".
про студента там одного: Он совершил страшный грех. Он ломался.
про маму и сказки: Она терроризировала меня плохими концами. Если я, к примеру, отказывался есть котлету, мама начинала рассказывать сказку, все герои которой попадали в безвыходное положение. "Доедай, а то все утонут". И я доедал.
про соседа: И замечаем вдруг: преступный Васька пробирается по поляне. Хочет куда-то уйти без спроса. По злодейским своим делам.
про сто так: Однажды, войдя под стол…
Раздвинулся куст, похожий на шкаф, и там-то флейта и обнаружилась.
Я счастлив и переживаю чувство, которому теперь могу подыскать только одно название - чувство кондитерской. - вот это мне очень знакомо. У меня было чувство конкретной кондитерской: в Столешниковом переулке, 11. Я там подготовительные курсы прогуливала, окунаючись в детство. Теперь нет её уже.
про ЖЖ, в самом начале: Писать, не представляя себе читателя, было так же странно, как разговаривать с самим собой вслух подолгу. Тем не менее постепенно, не давая себе воли и не боясь быть безвкусным и нескромным, я втянулся в эту работу и стал временами испытывать даже некоторое наслаждение от собственной правдивости. Припомнить и рассказать похоже, оказывается, не менее увлекательно, чем, скажем, сочинить нечто убедительно и выразительно.
и в конце, когда автор уже твёрдо решил стать писателем, ещё лучше: …думая о своей будущей профессии, встретил я ничем не примечательного парня в картузе. "Захочу и его опишу", - подумал я, и чувство восторга перед собственным могуществом вспыхнуло в моей душе.
в интернетно-сетевой версии (единственной, как я понимаю) почему-то пропущен кусок про семью бабушки и деда Шварцев. хотела процитировать оттуда ещё два чудесных места – вечером так и поступлю.
УПД:
про родню с материнской и отцовской стороны: они и думали, и чувствовали, и говорили по-разному, и даже сны видели разные, как же могли они договориться?
про бабушку: Вот сижу я в мягком кресле и любуюсь: бабушка кружится на месте, заткнув уши, повторяя: "ни, ни, ни!" <...> Эта истерика особенно мне понравилась, и я долго потом играл в неё: повторял "ни, ни, ни!", заткнув уши и вертясь на месте.
